Зачем мы живем. Выдержки из древнеяпонских буддийских текстов - Кэнтэцу Такамори

Так случилось и в диспутах с Зэннэ-бо во времена, когда они с Синраном были учениками Хонэна. Синран показал, что спасение происходит именно в этой жизни, а не после смерти. И хотя сейчас эти споры называют «одними из трех великих буддийских дебатов», в те времена они вызвали возмущение остальных учеников Хонэна. Синрана обвинили в отступничестве от доктрины Мастера и создании собственного учения, и он оказался в одиночестве.

35 лет: ссылка и ее подлинная причина

Общеизвестно, что в тридцать пять лет Синран был сослан в холодную провинцию Этиго, но мало кто знает, что послужило тому причиной.

Синран подчеркивал: оставь всех будд, бодхисаттв и богов и обратись к одному Амида Будде. Ведь сам Шакьямуни объяснял, что в этом заключается его учение и цель его появления на Земле. Именно это утверждение и послужило главной причиной ссылки Синрана.

Проповеди Синрана приводили в ярость властителей тогдашней Японии, считавших свое государство «страной божеств».

– Какого черта он смеет нарушать порядок? – гневались они.

Так начались притеснения тех, кто учил Обету Амида Будды. В результате пострадал не только Синран, но и его учитель Хонэн, которого приговорили к ссылке. Нескольких учеников приговорили к смерти, и только благодаря вмешательству советника императора казнь Синрана заменили изгнанием.

«Все – от императора до вассала – восстали против учения Будды и, попирая справедливость, поддались гневу, свершив великий грех», – горячо осуждал Синран поступки своенравного императора Готоба и его подданных.

После пятилетней ссылки Синран отправился проповедовать в регион Канто. Там аскет по имени Бэннэн из-за лютой ненависти к Синрану не раз поджидал его у горной дороги в надежде убить. Попытки оказались тщетны, и в конце концов Бэннэн ворвался в дом Синрана.

«Учитель вышел и встретился с ним без колебаний», – гласит книга «Записи о жизни [Синрана]».

Такое спокойствие говорит о великом бесстрашии.

«Будь я на его месте, – изрек Синран, – наверняка я тоже пошел бы на убийство. Убьем ли мы или убьют нас, ненавидим мы или ненавидят нас – все это может послужить причиной и условием распространения учения Будды».

В итоге его великая и милосердная вера привела Бэннэна к спасению: покаявшись, он стал учеником Синрана и взял новое имя – Мёхо-бо.

Непоколебимая преданность истине

Многие почитают Синрана, но мало кто знает, что он выступал против ложных учений и даже критиковал другие буддийские школы.

Подчас говорят: «Синран не любил осуждать чужую веру». Наверное, они не слышали его слов:

«Девяносто пять видов [религий] загрязняют мир; только учение Будды чисто и истинно».

Или: «Я осуждаю небуддийские и ложные учения».

Хотя в трактате «Учение, практика, вера, просветление» таких высказываний предостаточно, они остаются в тени.

Синран подвергал строгой критике и иные буддийские школы: «Основатели собственных школ и направлений умаляют истинное учение Будды, утверждая, что Амида Будда и его Чистая Земля – не что иное, как человеческое сердце, и говоря, что иное объяснение примитивно», – писал Синран.

А таких известных в те времена буддийских наставников, как Сайтё, Кукай, Догэн и Нитирэн, он называл «собратьями, не знающими истинного буддизма».

«Нынешний буддизм в полнейшем упадке, – утверждал Синран. – Есть множество храмов и монахов, но им неведомы азы учения. Есть много конфуцианцев, но они не понимают, как различить добро и зло. Процветает лишь Истинная Школа Чистой Земли».

И это еще не все. Он критиковал даже учеников Хонэна, обратившихся к одному Амида Будде и посвятивших себя нэмбуцу: «Поскольку не рассеян их темный разум, [даже произнося нэмбуцу], им не понять веры, подобной алмазу».

В надежде узнать путь к истинному спасению последователи Синрана приходили из Канто в его дом в Киото – несмотря на грозящую им смертельную опасность.

«Пусть из-за нэмбуцу я попаду в ад, – говорил им Синран, – я никогда не пожалею об этом».

Сделав такое заявление, свидетельствующее о том, насколько ясна и незыблема была его вера, Синран отвернулся от паломников.

«Отбросите ли вы нэмбуцу или поверите – решать только вам», – сказал он. От суровости, ощущаемой в этих словах, становится даже страшно.

Он оставался неуклонно преданным истине до самой смерти.

«Когда я умру, выбросьте мое тело в реку Камо и скормите его рыбам», – наставлял Синран своих учеников.

Так он показывал: нужно обратить взор не на бренное тело, а на вечную жизнь и поскорее обрести спасение силою Амида Будды.

Он пришел один и ушел один

Для мирян Синран был падшим монахом, который ел рыбу и имел жену. Для властей – преступником, сосланным в ссылку в Этиго. Для учеников Хонэна – напыщенным всезнайкой, отступившим от учителя. Для Бэннэна – заклятым врагом. Тем не менее, ничто не могло выбить почву из-под ног Синрана.

«Власти преступают законы», «монахи не знают буддизм», «конфуцианцы не различают добро и зло», «люди с темным разумом не ведают веры, подобной алмазу» – парировал он.

Синран был крепок духом и заявлял: «Ныне процветает Истинная Школа Чистой Земли».

Такая строгость, уверенность и бесстрашие Синрана отражают твердость «веры тарики», полученной от Амида Будды.

Вероятно, стойкость и сила воли Синрана может вызвать восхищение у современных людей, бегущих от полной забот и хлопот реальности к простой и спокойной жизни. Однако именно это породило критику, когда он был жив: «враг буддизма», «падший монах», «дьявол», «умалишенный» – поносили его. «Неблагодарный предатель!» – восклицали многие ученики Хонэна. И закончилось все ссылкой.

Но для Синрана Обет Амида Будды и его верное проповедование были всей его жизнью. Наиболее наглядно его отношение к истине проявилось в отречении от сына Зэнрана, распространявшего в регионе Канто ложное учение. Это случилось 29 мая 1256 года вслед за пожаром, уничтожившим дом Синрана. В то время ему было восемьдесят четыре года.

«Глубокой ночью отец посвятил меня в тайны учения», – лгал своим последователям Зэнран.

Кроме того, он молился синтоиским богам, занимался гаданием и многими другим практиками, попирающими буддизм. Такого Синран не мог простить никому, даже собственному сыну. Сколько бы он не увещевал Зэнрана, тот был глух к его советам. У Синрана не оставалось иного выхода, кроме как принять тяжкое решение.

«Мою горечь не описать словами, – написал он Зэнрану. – С сей поры я не твой отец, а ты – не мой сын. Нет ничего печальнее этого».

Эти слова скорбящего отца трогают сердца людей. Но в то же время они послужили поводом для нового шквала критики: «Что это за учение, которое разрушает семьи? – осуждали его. – Что это за учитель, не способный направить к спасению собственного сына? И после этого он хочет учить других?»

Такое неодобрение было неизбежно, и сам Синран прекрасно это знал. Даже в последние годы своей жизни он оставался непреклонным и строгим.

Тем, кто высоко ценит терпимость, отказ от собственного сына наверняка покажется непростительным. Но что, если бы поддавшись родительским чувствам, Синран закрыл глаза на поступки Зэнрана? Сколько миллиардов людей лишились бы радости от истинного спасения?

«Пусть мне пришлось бы пережить любые муки, я никогда бы не раскаялся в том, что сделал», – преисполненный такой решимости Синран беззаветно посвятил себя тому, что направлял людей к достижению общей цели жизни.

Был ли кто-либо более одиноким, чем Синран? Его жизнь точно иллюстрируют слова Будды: «Родился один, умрешь один; пришел один, уйдешь один».

В возрасте девяноста лет, 28 ноября 1263 года Синран отправился в Чистую Землю. У его смертного ложа оказались только его ученики – Кэнти и Сэнсин, его пятый сын Масуката и седьмая дочь Какусин. Поистине, это была смерть, соответствующая жизни Синрана, который в одиночестве посвятил себя учению Обета Амиды.

Гассё49

Послесловие

Зачем мы живем?

В чем цель нашей жизни?

Ответ Синрана короток и ясен:

«Мы живем не ради приумножения денег и богатств; не ради завоевания почета и уважения. Цель нашей жизни –